<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>


8. ПРИРОДА "АСТРАЛЬНЫХ ОБРАЗОВ"


В настоящее время попытка перехода от нейронного уровня к уровню восприятия менее осуществима, чем полет на Луну во времена Древнего Рима. Экстраполируя земной опыт, древний римлянин мог бы задумать выстрел на Луну, а здесь даже в принципе остается неизвестным, существует ли переход от нейрона к образу, и если да, то как исследовать этот переход, природа которого так же загадочна, как сама жизнь" (49, 95).

Поэтому единственное, что мы можем в настоящее время сделать, – это провести некоторые достаточно очевидные параллели и привести некоторые гипотезы (хотелось бы надеяться, "достаточно безумные").

"Астральные образы" (равно как и любые другие) не могут возникать "из ничего", "сами по себе": возникая в результате возбуждения ассоциативных зон коры мозга, они всегда что-то отражают. Вот только что? Основная выдвигаемая здесь гипотеза состоит в том, что "астральные образы" представляют собой субъективное отражение в сознании нового типа корковой активности, которая обусловлена интерорецепторной информацией, поступающей из внутренней среды организма.

Отражение при этом осуществляется в форме так называемых "транскрипций" (см. 63) или, как говорил И.М.Сеченов, "небывалых комбинаций бывалых впечатлений" (цит. по 78, 249). Сознание по инерции воспринимает события "внутренних пространств" в формах, присущих событиям внешнего мира: иные формы ему неизвестны.

"Астральное путешествие" очень напоминает сновидение; однако поскольку в этом сновидении мы сохраняем бодрствующее сознание и не растворены в происходящих событиях, это "сновидение" представляется гораздо более реальным, чем апатичное восприятие приевшегося внешнего мира. Для "астрального мира" характерно и то, что хотя при наличии определенной практики мы можем проявлять здесь сознательную активность, основной поток "астральных событий" протекает независимо от нашего сознания.

Пытаясь увязать представления о визуализируемых божествах (Деватах) как о служебных символах, создаваемых для целей медитации, с представлениями о них как о действительно самостоятельных сущностях иных планов, их соотносят иногда с той категорией явлений, которую Юнг называет "архетипами" – образами, существующими в умах всех людей, как часть коллективного наследия человечества. Однако Юнг никогда не говорил, что архетипы могут выходить из под контроля, а Деваты на это способны (12).

В связи с этим мастера визуализации предостерегают от дилетантских экспериментов с глубинными силами человеческой психики: "Практиковать визуализацию – все равно, что ложится спать рядом с беременной тигрицей. Среди ночи она может проголодаться и съесть вас" (23). Говорится, что драконы в заколдованных лесах там, – сила не менее реальная и опасная, чем грузовики на улице здесь.

Феномен неконтролируемости астральных образов служит серьезным аргументом в пользу их "телесного", а не "умственного" происхождения: вегетативная жизнь тела, как правило, независима от нашей сознательной воли, в значительной степени независимы от нее и визуализации. От ума визуализируемые события получают лишь свою форму.

Форма визуализаций обусловлена нашими подсознательными ожиданиями, ее диктует наш подсознательный культурный багаж. Отмечая эту черту "астрального мира", один мой знакомый психонавт, инженер по образованию, рассказывал, что в своих астральных выходах нередко сталкивался со сложными техническими конструкциями, в частности, с объектами, которые он склонен был определять как "космические корабли", – добавляя, что в средневековье их наверняка назвали бы "башнями, полными чудес". Иными словами, повстречав в "астрале" башню, полную чудес, современный человек говорит, что видел нечто вроде космического корабля.

Впрочем на характере визуализаций явно отражаются и структурные свойства Чакр, так как связанные с разными Чакрами "миры" очень отличаются друг от друга. По всей вероятности, эти различия обусловлены типом взаимодействия между организмом и средой в области разных интерорецепторных зон, "образом жизни" этих областей. В данном случае Чакры являются центрами осознания принципиального способа энергообмена соответствующих интерорецепторных зон, "средоточиями различных специфических сил, находящих отражение в уме" (48).

Возьмем, к примеру, "астральные миры", связанные с нижними Чакрами и, как принято считать, наиболее тесно примыкающие к физическому плану. Здесь образное и содержательное наполнение сознания психонавта ("картина реальности") формируется различными безусловными вегетативными рефлексами – скажем, кишечника или предстательной железы. Это даже не подсознание, это именно бессознательный, глубоко равнодушный ко всему человеческому мир стимулов и реакций, который в обычной жизни только изредка и глухо дает о себе знать, – например, при переполненном мочевом пузыре в метро. Но теперь эти силы добираются до коры (сознания) с ее богатыми возможностями.

Психонавт оказывается в мире жадных, властных и грубых существ, и если способность его управлять такого рода активностью недостаточно развита еще на "физическом плане", существа эти будут делать с ним что пожелают. "Сразу за вашим лежит мир, где нет ни закона, ни порядка. Со мной был Свет Матери и я прошел его" (цит. по 63). Если психонавт верит в черта, он столкнется с ним именно здесь. Если не верит, то черта не будет, но кошмары неминуемы. Они могут быть безличными, "абстрактными", со смазанными и перемешанными кусками несовместимых элементов привычной реальности, "транскрибирующими" крайне отрицательные эмоциональные состояния.

Вместе с тем наряду с отрицательными состояниями в каждом центре можно испытать также своеобразный, лишь ему свойственный вид наслаждения; если же победить самоактивность сил центра, отрицательных состояний вообще можно избежать. Говорится, что в этом и состоит ловушка Чакр на пути классической тантрической Садханы. Поэтому "требуется полное отвержение наслаждения и искушения со стороны высших существ" ("Йогасутры", 3.51, цит. по 17). В более высоких Чакрах, начиная с Анахаты, страдание и наслаждение становятся все более возвышенными, а реальность в которую "попадает" сознание – все более заманчивой.

Терпеливо, через многие повторные опыты мы учимся распознавать, к какому плану относятся наши переживания, а затем – к какому уровню каждого из планов. Такая локализация необходима для того, чтобы научиться понимать значение этих переживаний. Это непонятный иностранный язык, даже несколько языков сразу, которые нам предстоит освоить, не смешивая с ними наш ментальный язык. Последнее, пожалуй, труднее всего, ввиду бессознательной тенденцией знакомого нам "земного" языка к искажению чистоты переживания... (63).

Впервые попавшего в "астрал" можно сравнить с новорожденным, органы чувств которого еще не вполне сформировались: хотя рецепторы и превращают энергию внешних воздействий в нервные импульсы, корковые отделы соответствующих анализаторов еще недостаточно развиты для того, чтобы связать эти импульсы вместе, превратить их в факт сознания, действительно информирующий о протекающих вне его процессах.

Для того, чтобы извлечь из внутренних миров какую-то полезную информацию, необходимы все новые и новые контакты с ними, необходимо научиться в них жить, что весьма затруднительно, так как человеческие существа по природе своей обречены сознательно функционировать преимущественно во внешнем мире.

Следует отметить, что разнообразие внутренних приключений более характерно для европейского оккультизма и современных неортодоксальных школ Йоги, которые не придают большого значения традиционной символике Чакр, рассматривая последние как нечто вроде "коммуникационных амбразур" для выхода на иные "уровни проявления", столь же бесконечные и разнообразные, как физический мир.

Для "классических" средневековых йогинов проблема адекватности получаемой в этих мирах информации не существовала: их не интересовали внутренние пространства. Ортодоксальная йогическая практика преследовала одну цель: "освобождение от цепей Майи"; все остальное рассматривалось как искус, как очередная уловка той же Майи. Прежде, чем ученик получал от учителя благословение на работу с Чакрами, его воля и способность к концентрации были уже развиты до такой степени, что "силы" раскрываемой Чакры не успевали проявить самоактивность в сознании: это выражалось в том, что йогин видел приблизительно ту образную картину, которую ожидал увидеть.

Тем не менее, тантрические тексты указывают, что "центры" человеческого тела сообщаются с "космическими планами", каждый из которых отличен от другого и заселен своими "божествами". Восходя в процессе работы с Кундалини из Чакры в Чакру, йогин проходит через сообщающиеся с этими Чакрами "миры" (см. 2; 48; 63).



<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>
Психологическая библиотека клуба "Познай Себя" (Киев)